На главную | Содержание | Назад | Вперёд
Наши друзья

 

 

ХАКЕРЫ ПРОТИВ ОБЩЕСТВА


Кевин Митник — хакер-легенда
«Маленький мальчик компьютер нашел...»
Журналисты, особенно Джон Маркофф, постарались воздать весьма отталкивающий и непривлекательный образ этого человека: аутист и мизантроп, ненавистник всякого общества и любой власти, он вандальски расправляется с правительственными, корпоративными и университетскими компьютерными системами, обуреваемый единст­венной маниакальной идеей - отомстить оскорбившему его человече­ству и отдельным людям. Своего рода помесь инженера Гарина с «док­тором Зло».
Против такой трактовки личности выступили многие в
Америке, да и сам герой, похоже, был против такой трактовки собст­венной личности. Какова же была ярость корреспондентов СМИ, ког­да он, сидя в тюрьме, отказался давать интервью бесплатно!
Впрочем, это не помешало нажиться на нем целой плеяде иных героев. Только журналист Джон Маркофф с Шимомурой за свою книжку о том, как ловили Митника, получили ни много ни мало 75000 долларов; но мало того, планируется еще и фильм, говорят, уже скон­струирована компьютерная игра «Поймай Говоря откро­венно, образ этого антигероя очень похож на компьютерный синдром 2000, про который на весь свет оповестили, что это будет трубою Апо­калипсиса; в итоге же получился «пшик». Но не просто какой-то там пшик, а большой, жирный, вкусный «пшикище», на котором отлично заработали все: и компании, производящие компьютерное оборудова­ние, и производители компьютерного «железа», и многочисленные софтовые компании, а также лекторы, журналисты, витии, издатели, телевизионщики, киношники — словом, решительным образом все, кроме... нас с вами, которые восприняли еще одну массированную ата­ку на наши как должное, и покорно раскошелились перед та­ким пугающим «синдромом 2000».
Таким же злобным демоном во плоти предстал перед народом и этот человек, которого могут назвать благодетелем банкиры, журна­листы, издатели, множество людей, занимающихся компьютерной бе­зопасностью — словом, все, кто благодаря Митнику получил возмож­ность отлично заработать, кроме который за свои «подвиги» за-
работал, кроме скандальной славы, разве что должность в компьютер­ной компании с весьма средним по американским масштабам гонора­ром и лишился права пользоваться мобильным телефоном и компью­тером (тем, что для компьютерщика равносильно лишению обеих РУК).
Но начнем рассказ о его приключениях по порядку, поскольку этот человек заслужил, если не уважительное, то по меньшей мере внимательное к себе отношение.
Кевин Д. Митник родился в американском городке Норт
в 1964 году. Родители мальчика развелись, когда ему было три года
(отсутствие отца — вообще черта, характерная для многих хакеров).
Кевин с матерью жил в Лос-Анджелесе. Его мать работала официант­кой и, как следствие, уделяла ребенку не слишком много времени. Та­ким образом, бегство тринадцатилетнего Кевина в виртуальный мир
не стало чем-то из ряда вон выходящим: множество детей сбегают из дома в этом возрасте. Однако компьютер заменил ему улицу — и Ке­вин стал первым поэтом виртуального мира, хакером-виртуозом, чем-то средним между Випопом и Элвисом.
Первый свой виртуальный кракерский подвиг новоявленный «Геракл» совершил в 16 лет, когда проник в административную систе­му родной школы. Он проявил истинное душевное благородство (кто
бы из нас, положа руку на сердце, не пустился бы на его месте менять оценки, в первую очередь, Нет, для Кевина важнее был
сам тот факт, что он, мальчишка из предместья, способен такое сде­лать. Не лишним было и восхищение его друзей-подростков, таких же,
как и он, хакеров с Лос-Анджелесских пригородов.
Максимум их тогдашних развлечений составляли всякие теле­фонные розыгрыши. (Допустим, запрограммировать машину дить человека звонками и дребезжащим голосом предлагать ему пиц­цу или заплатить четвертачок).
Таким образом, первая шалость Кевина осталась безнаказанной,
и еще на год он остался вне внимания закона: до тех пор, пока не доду­мался смеха ради взломать компьютерную систему Североамерикан­ской Противовоздушной обороны в Колорадо. Случилось это в 1981 году, когда юноше исполнилось 17 лет.
Чудесный возраст! Весна человеческой натуры, пора любить, учиться, познавать мир... Кевин рвался к знаниям, особенно ко всему, что касалось телефонной коммутации. (В институт он поступать
посчитал излишней тратой времени, видимо, полагая почти по-гетев-скп: «Суха теория, мой друг...»). Здесь пытливому юноше пришлось столкнуться с первым информационным диктатом: оказалось, что све­дения об оборудовании телефонных компаний вовсе не так уж легко доступны. Более того, очевидно, они составляли чью-то весьма ком­мерческую тайну. И юный Митник с головой окунулся в виртуальные дебри корпоративных компьютеров Pacific Bell, чтобы разжиться учебниками по  COSMOS'y и  MicroPort'y,  а также необходимым
программным обеспечением.
Очевидно, он уже тогда проявлял широту души, поскольку щед­ро делился с друзьями своими достижениями. Но жизнь подло обошлась с ним: не прошло и полугода, как юного гения и всю его ту­совку арестовали — из-за женщины! (Выяснилось, что их заложила ка­кая-то девочка из их тусовки, очевидно, обиженная его равнодушием). С обошлись гуманно: приговорили условно к трем месяцам
перевоспитания в местном детском учреждении. Впрочем, он еще не понимал, что общество дает ему последний шанс одуматься и стать достойным своим членом.
Решив, что так и надо геройствовать дальше, Митник взломал компьютерную систему местного университета (точнее говоря, он просто использовал университетский компьютер для несанкциониро­ванного доступа с пентагоновской сети ARPANET — о ней мы расска­зывали в первой главе), за что получил шесть месяцев тюрьмы — тут-то он и прошел все свои «университеты». То ли тюремная библиотека была технологическим Клондайком, то ли он наладил тюремному на­чальству бесплатный доступ во все кабаки города, и они, уходя, запи­рали его на ночь в компьютерном классе, — но ко времени выхода из тюрьмы он знал о работе крупнейшей в мире компьютерной (и теле­фонной) сети столько же, сколько лучшие специалисты в «Лаборато­рии Белла».
Он с легкостью создавал бесплатные номера, без проблем звонил
по межгороду с чужого номера, мог по своей воле разъединять линии и подслушивать чужие беседы. И тут нельзя не упомянуть о растлева­ющем влиянии кино и телевидения на подрастающее поколение. В ха-керской среде он был известен под кличкой «Кондор». Ничего себе пташка! Но взял-то он ее из фильма Фрэнка Копполы, где Роберт Ред­форд скрывается от преследования, используя умение манипулиро­вать телефонной системой (если бы он знал, что в недалеком будущем и ему придется скрываться от правосудия, используя методику героя своей юности!). Вторым его героем стал Джеймс Бонд, и в телефонной компании появился клиент с нигде не учтенным номером, оканчи­вающимся цифрами 007.
Затем долгие 9 лет (на всем протяжении восьмидесятых) Мит-пик лежит на дне, оттачивая свое мастерство, не вступая в конфликты с властями. Со своей юной подружкой, с которой познакомился на компьютерных курсах в летней школе, Кевин поселился в калифор­нийском городишке Тусон-Оукс. За время своего вынужденного затворничества он со своими новыми и старыми друзьями разыграл сотни и тысячи компьютерных и телефонных приколов, подкалывая как отдельных добропорядочных граждан, так и могучие фирмы. Но уже в декабре 1987 года Митника снова арестовали — на этот раз его обвинили в краже компьютерных программ из Оперей-шен». И вновь его судили, и вновь ему вынесли приговор: 3 года, и
вновь условно!
что Митнику теперь море показалось по колено. Он вновь пустился во все тяжкие, но тут уже против него обернулась не только Фемида, но и врожденная порочность человеческой натуры: его выдал закадычный дружок Ленни Ди Чикко, вместе с которым они провернули столько хакерских приколов... Все получи-
лось, как в старом голливудском боевике: друг подговорил Кевина со­вершить кражу частного компьютерного кода из исследовательской лаборатории «Диджитал Эквипмент Корп.», что в городке в Пало-Альта и подвел его под засаду фэбээровских агентов. До этого они больше года вдвоем совершали ночные налеты на компьютеры фирмы ДЭК. Говорят, что когда агенты ФБР взяли Митника в многоэтажном гараже, он спросил Ди Чикко: «Почему ты это сделал?» - «Потому, что ты, отвечал тот, — угроза для всего нашего Интерес­но, он сам заранее придумал эту фразу или его так научили сказать для
будущего фильма?
На этот раз молодой человек получил «по полной программе» — суд отклонил ходатайство об освобождении его под залог, а помощник прокурора так прямо и заявил: «Этот парень чертовски опасен и его нужно держать подальше от компьютера». А шеф отдела по компью­терным преступлениям лос-анджелесской полиции детектив Джеймс М. Блэк сказал буквально так: «Он на несколько порядков выше того, что характеризует рядового хакера». Ему дали год в тюрьме нестрого­го режима, из которого восемь месяцев он провел в одиночной камере (что по американским меркам считается весьма строгим наказанием). Кроме того, судья Мариана Р. Пфельцер назначила ему принудитель­ный шестимесячный курс лечения от «компьютерной зависимости»,


вполне разумно полагая, что хакер, лишенный возможности хакерст-вовать, будет испытывать сильнейшие психологические ломки. Феде­ральные обвинители в страхе, что парень сможет каким-то образом по­лучить доступ к внешнему компьютеру через телефон, также доби­лись, чтобы Митника ограничили и в пользовании телефоном!
Подчеркивая компенсаторный характер компьютерного прист­растия Митника, директор реабилитационной службы Гарриет Розет-то говорила: «Хакипг дает Кевину чувство самоуважения, которого ему не хватает в реальной жизни. Алчность и стремление навредить тут ни при чем... Он словно большой ребенок, играющий в «Темницы и драконов». Так она охарактеризовала психологию своего пациен-та.Тем не менее в 1990 году в качестве непременного условия осво­бождения от Кевина потребовали, чтобы он больше не прикасался к
компьютеру и модему.
Его выпустили из тюрьмы на испытательный срок и приставили к нему инспектора, тщательно надзирающего за его поведением. Но тут вокруг начало твориться        странное...
Неожиданно сам собой отключился телефон его «надзирателя», чем была весьма удивлена телефонная компания. На кредитнй счет су­дьи то свалились бешенные суммы, то вновь исчезли , провокационно намекая на то, что тот откуда-то получает грязные деньги... Ни с того ни с сего из компьютера суда в Санта-Круз исчезли всякие упомина­ния об аресте Митника и последовавшем
А сам Митник тем временем спокойно работал, не прикасаясь ни к компьютеру, ни к телефону, занимаясь исследованиями и давая плат­ные консультации, (правда, поговаривали, что он как-то раз нарушил подписку о невыезде и слетал в Израиль повидаться с друзьями-хаке­рами, но никаких документальных свидетельств этому не сохрани­лось). Он стал вегетарианцем, начал вести здоровый образ жизни и к июню 1992 года сбросил под 40 кг. Лицо его потеряло землистую одут­ловатость, характерную для детей компьютерного подземелья. Но тут умер его брат (говорят, перебрав героина), и Митник опять сорвался.
В сентябре 1992 года ФБР получило ордер на обыск его кварти­ры в калифорнийском городке Калабасе. Он, в частности, подозревал­ся в несанкционированном проникновении в компьютеры кали­форнийского Департамента транспортных средств, который обвинил его в нанесении ущерба в 1 млн. долларов. Сделано это было элемен­тарно: он выдал себя за полицейского и получил свободный доступ к массе весьма полезной и весьма секретной информации, включая во-
дптельскпе права вместе с фотографиями. Полагали также, что Мит­ник приложил руку к взлому компьютерной системы Минобороны, а также проник в фэбээровское досье. Однако больше всего их интере­совало, кто организовал прослушивание телефонных разговоров слу­жащих из отдела безопасности в «Pacific Bell» — все это уже всерьез попахивало шпионажем и, найдись среди его друзей хоть один быв­ший беглый русский, китаец или даже поляк, Митнику бы всерьез не поздоровилось, и он принял единственное в той ситуации верное ре­шение — пустился в бега.
В ноябре 1992 года он был объявлен в федеральный розыск, од­нако он, как сквозь землю провалился. ФБР полагало, что он сфабри­ковал себе целый ряд фальшивых удостоверений личности и кредит­ных карточек, что при его способности было элементарным делом. Раз или два даже арестовывали мужчин, ошибочно приняв их Однако реальный Митник бесследно исчез. На два с лишним года.
И лишь где-то в середине 1994 года мирная гладь жизни амери­канских компаний была впервые подернута первой рябью несанкцио­нированного проникновения.
Во-первых, из компании Motorola сообщили, что кто-то скопи­ровал из их компьютера программное обеспечение, позволяющее контролировать сотовую связь.
Во-вторых, знаменитый софтовик Дэн Фармер, создатель на­шумевшей программы    SATAN    (Security Administrator Tool for
Analysing Networks), объявил на весь свет, что взломщик похитил ран­нюю версию его детища. А ведь SATAN — это уникальная программа, способная находить «дыры» в компьютерных системах. Техника этих атак, по мнению ФБР, была характерна именно для Митника.
В июле 1994 года полицейские навестили в Лас-Вегасе бабушку и дедушку Кевина, надеясь уговорить их, чтобы они заставили своего внука образумиться. Его бабушка сказала, что он очень боится тюрем­ного заключения. Те восемь месяцев, которые он отсидел в одиночке, он чувствовал себя ужасно. Однако повлиять на Кевина они отказа­лись и пробовать — ответили, что это выше их сил.
Власти чуть было не настигли Митника в октябре, расследуя жалобы McCaw Cellular Communication Inc. о том, что некий кракер похитил серийные электронные номера сотовых телефонов этой ком­пании. Когда полиция ворвалась в квартиру Митника в где он жил под вымышленным именем, она нашла несколько сотовых те­лефонов, учебники с изложением процедуры дублирования номеров и сканнер, с помощью которого Митник, вероятно, следил за операция-


ми полиции по его поимке. Выяснилось, что последние три месяца он жил неподалеку от Вашингтонского университета под именем Брайан Меррилл и работал в местной больнице компьютерным техником.
- В Спэттле он вел совершенно безобидную жизнь, — заявил фе­деральный обвинитель Айван Ортман.
- Это был очень тихий, совершенно обычный человек, — втори­ла ему Шеррп Скотт, секретарь отдела, в котором работал Митлпк. -Он никогда не говорил о своей личной жизни, просто приходил и за­нимался своим делом.

 

На главную | Содержание | Назад | Вперёд
 
Яндекс.Метрика